***
Он убирает личность свою в коробку,
И сразу уходит легкой походкой в народ фольклором.
Он пишет что-то лирическое, c веселой ноткой
И наигрывает сквозь дым нейлоновым перебором.

***
Наймите меня в мое прошлое, хотя бы внештатно,
Хочу машинку печатную и старый папин Зенит,
Пару билетов до Питера и обратно,
Так хочу, что даже в ушах звенит.

У меня был проигрыватель Мелодия
И красный велосипед с женским именем Кама
А теперь я смотрю на себя, а в зеркале вроде я
А вроде уже не я, а моя дорогая мама.

Давайте начнем с портвейна и электрички,
С хрустящей антоновкой, ворчливыми дачниками..
Я на прошлой неделе была москвичкой,
И тоже ругалась словами всяческими.

После пыли, слякоти, душных локтей и мата
Будет гортензия, как улыбка ангела и клубника с грядки,
Я позвоню друзьям с деревенского автомата,
Разбегусь в свое озеро без оглядки.

Как внештатный сотрудник времени я бесценна —
Моя роль быть засвеченной пленкой, пожелтевшей страницей,
Пыльной пластинкой, ссадиной на коленке
Гортензией в декабре и велосипедной спицей.

Не прошла собеседование. Значит в прошлое не уеду,
А в будущее посмотреть — только глаза открыть.
Я еще попытаюсь до них достучаться в прошлую среду
И пленку с Зенита завтра схожу проявить.

 © Анна Горвиц

***

Каждый день по монетке складывали в копилку,
Праздновали восходы, плакали на закатах,
Утром на завтрак сонеты Рильке,
В палатке дырочки , на душе заплатки..

На ужин в саду по яблоку, по бокалу бессонной ночи,
Бабочки носят счастье в прозрачных крыльях.
К нам пришло лето — время для двух одиночеств,
Сложили его в копилку и навсегда забыли.

© Анна Горвиц

***
А потом остро ощущается нехватка тюльпанов в вазочке на окне,
И свету негде не то что остаться, а преломиться и распуститься,
Не говоря уж о чайных ложках, кофейнике, с позавчерашней гущей на самом дне.
Я лучше читаю по ней, чем по самым знакомым лицам.

И такое солнце, что вся улица, небо, дети, заходят к тебе без спроса,
И крутят вокруг тебя свою жизнь, как спутники, сохраняя дистанцию.
И внутри меня ссорятся пятилетняя девочка и старый седой философ,
Но и они расщепляются на молекулы и субстанции.

Это все от избытка радости вне меня, от наполненных ровно до половины стаканов.
Я сливаюсь со светом из собственного окна..
А на самом деле, просто нет на окне любимых белых тюльпанов..
И пока их не будет, ко мне не придет весна.

© Анна Горвиц

***

Подойду к стене поплачу,
Прислонюсь холодным лбом.
Я теперь пишу иначе,
Чтобы вслух читать потом.

Чтобы все мои листочки,
Буквы, смыслы, запятые
Прочитались между строчек
И на холоде застыли.

Я смотрю вперед сквозь стену,
Расширяются зрачки,
Ярко розовый оттенок
Дарят новые очки.

Оставлять следы нет смысла,
Лед со лба уйдет водой.
В голове слова повисли,
Как всегда вниз головой.

Со стеной проникновенно
Я веду свой монолог,
Я смотрю в очках на стену,
А оттуда смотрит бог.

© Анна Горвиц